Ректор Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета протоиерей Владимир Воробьев ответил на вопросы корреспондента газеты «Аргументы и факты» Юлии Тутиной.
— Вы уже 25 лет занимаетесь педагогической деятельностью. Молодежь за это время изменилась?
— Сейчас и в обществе в целом, и особенно в храмах можно встретить все больше многодетных семей, при этом хороших семей. Но родители в них по большей части являются неофитами, то есть они обрели веру уже во взрослом возрасте, а воспитаны были в атеистических семьях. Но ведь женщины воспитывают своих детей теми же приемами, какими их воспитывали их матери. И вот эти новые мамы воспитать своих детей в традиционном православном духе часто не умеют, они просто не знают, как это делается. Поэтому даже современная церковная молодежь не всегда является такой, какой хотелось бы ее видеть. А вообще молодежь, очевидно совершенно, являет весьма печальное, даже катастрофическое зрелище.
— Но в этом виноваты мы сами?
— Конечно, вина лежит на старшем поколении, на нынешних бабушках и дедушках, прабабушках и прадедушках, которые отвернулись от Церкви, забыли, что такое христианская вера и нравственность. Вот теперь народ и государство пожинают плоды атеистического эксперимента.
— Люди все хуже говорят на родном языке. Почему так?
— Одна из причин — патологическая склонность русских людей думать, что у нас все хуже, чем у других народов, и обезьянничать у Запада. Зачем, скажите, в России делают вывески на улицах на английском языке? Видимо, уверены, что для русских это более привлекательно! Таким образом эксплуатируется рабская психология. Это очень печально и приводит к тому, что в русском языке появляется очень много иностранных слов. Этому, конечно, очень содействуют СМИ. Еще одна большая беда — новояз, лапидарный компьютерный стиль, который, конечно, губителен для языка. И последняя причина — нынешняя технократическая эпоха, которая часто губительно сказывается на гуманитарной сфере. Меньше стало писателей, люди стали меньше читать, все больше смотрят телевизор, компьютер. Вы спросите у студентов: а вы читали Толстого, Достоевского, Пушкина? Оказывается, что очень многие произведения не читали никогда и даже никогда не собираются прочесть. Даже при советской власти была тяга к настоящей культуре среди молодежи, а теперь у молодежи представление о культуре ограничивается теми сведениями, которые можно получить с помощью быстрых кликов в Интернете.
— Сейчас много говорят об опасности гаджетов, социальных сетей, пугают родителей «синими китами». Опасность не преувеличена?
— У нас, конечно, меньше таких случаев, т.к. все же в православный институт идут дети из определенной категории семей. Но и у нас встречаются студенты с неразвитым нравственным чувством. Даже без всяких «синих китов» ужасно видеть, что среднестатистический ребенок уже не может жить без Интернета, без социальных сетей. Это реальная беда.
Я специально интересовался, какие порядки на этот счет в европейских странах, в Америке. В Англии, например, в знаменитых колледжах, имеющих многовековую историю, учащиеся вообще не имеют права иметь при себе телефоны. Живут они в общежитии, и у них там не может быть ни Интернета, ни компьютеров, ни телефонов. Чтобы поговорить с семьей по мобильному телефону, нужно получить специальное разрешение, и разговор идет под наблюдением. За компьютерами они работают в большом зале, где постоянно присутствует инспектор: он на экране видит, кто чем занимается. Никаких игр, никаких социальных сетей, на компьютере можно только работать.
— Вы сторонник или противник ЕГЭ?
— Мне не нравится переход на ЕГЭ, но приходится подчиняться законам. Думаю, что современные образовательные реформы в значительной степени разрушили то, что было накоплено предками. При советской власти у нас была неплохая система образования. Ее главным и разрушительным недостатком был атеизм. Но ведь современная российская система образования построена также на атеистической платформе. Православная система образования, которую мы всячески пытаемся сформировать и развивать, не может, конечно, сразу заменить губительную в этом отношении традицию, которая сложилась при советской власти. Но любое образование, даже техническое или естественнонаучное, все равно предполагает какую-то мировоззренческую базу.
Некоторое время назад я прочитал о результатах одного статистического исследования. Оно дало интересный вывод: главным условием выживания государства в современном мире является собственная качественная система образования. Но если раньше образование давалось на базе христианского мировоззрения, то теперь — на базе материализма. Однако отказаться от всего того, что было создано в эпоху христианства, — это значит уничтожить культуру. Не просто корнями современной культуры, а ее содержанием являются те культурные пласты, которые были созданы христианством. Особенно в России. До революции государство было православным, властные полномочия в государстве в основном осуществлялись на базе православной этики. Все восприятие жизни было христианским. Ликвидировать христианское мировоззрение — это равносильно убийству культуры. И мы, к сожалению, являемся живыми свидетелями исполнения этого закона. Советское общество стало постепенно отказываться от христианских заповедей — не укради, не убий, не прелюбодействуй. И что получилось? Нация оказалась на грани вымирания.
